Медвежья услуга пограничного катера по буксир ной помощи, чтобы ускорить на? возврат,
закончилась повреждением ладейного борта, кнехта и фаль? борта. До сих пор помнятся победные взгляды пограничных исполнительниц, сопровождав?ие ретировав?ийся "Сварог" под Российским и Украинским флагами.
В это время (суббота) ?ли интенсивные переговоры по мобильной связи по четырехугольнику: посольство России в Украине и М?Д России, Кабмин Украины, портовые и пограничные власти Ростова. Выяснилось, что разре?ение на проход иностранного судна, то есть на?ей ладьи, по внутренним водам России может дать только министр транспорта в Москве при условии подачи заявки за полгода вперед. На? вопрос может рассматриваться, начиная с понедельника.
? действительно, в понедельник оказалось, что такой непростой вопрос может быть ре?ен только на уровне премьер-министра России. Выяснилось, что подобных прецедентов в России еще не было. Не про?ло и суток, как по факсу разре?ение было получено, что представляет собой сверхоперативность бюрократической ма?ины.
Однако оказалось, что документ с многоуровневыми визами еще не указ для пограничников, которые обнаружили несоответствия в на?ем названии - в одних местах указана ладья, в других "Сварог". Это потребовало еще одного преодоления упомянутой пирамиды согласований и ли?ь в среду к вечеру инцидент был исчерпан. Теперь оставалось докладывать о каждом ?аге диспетчеру портконтроля, поскольку, кроме преодоления реки вверх по течению, нам предстояло преодолевать и ?люзы, что в условиях интенсивного судоходства оказалось непростым делом. Ладья "Сварог" стала первым иностранным судном, получив?ем официальное разре?ение на движение по внутренним водам России. При этом никого из представителей властей не смущало, что яхты, находящиеся в личном пользовании, могут ходить практически без ограничений.
"Великое сидение" ладьи в Ростове было скра?ено раду?ным отно?ением донского казачества, яхт
клуба "Аврал", в котором мы отстаивались и могли сойти на берег, и Ростовского филиала компании "Цептер".
Донские казаки и их руководство в лице Воронина, с которым мы познакомились во время про?логоднего юбилея переселения запорожских казаков на Тамань, приложили максимум усилий по сглаживанию проблем и на?ему оказачиванию. В Новочеркасском историческом музее доказывали, что донские казаки имеют более длинную историю, чем запорожские. Естественно, служба царю на льготных условиях оставила многочисленные исторические следы и выявила яркие личности, например, атамана Платова. Отмечен также вклад Степана Разина и Вмельяна Пугачева. Для на?их днепровских казаков, имев?их независимую форму внутреннего самоуправления, царская милость была иной, а исторические следы часто просто сравнивались с землей.





















